Мы собираем cookies

«Сегодня студент, завтра — бренд»

Интервью с ректором Российского государственного университета им. А. Н. Косыгина (Технологии. Дизайн. Искусство) Валерием Белгородским.

Студент РГУ им. А. Н. Косыгина к моменту выпуска должен создать собственный узнаваемый продукт, по сути — свой бренд. Сегодня вуз, открытый более ста лет назад как кузница кадров для легкой промышленности, готовит специалистов для сфер дизайна, технологий и искусства, сотрудничает с 560 индустриальными партнерами, создает корпоративные программы под запросы заказчиков и активно поощряет предпринимательскую инициативу.

— Валерий Савельевич, РГУ им. А. Н. Косыгина создан более ста лет назад для обеспечения легкой промышленности инженерными кадрами. Сегодня даже в названии университета содержится целых три отрасли, для которых вы готовите специалистов. Как изменился Университет Косыгина вовне, для внешних заказчиков, и изнутри? Когда произошел выход вуза из прошлой своей роли?

— Исторически наш вуз был первым в стране политехническим институтом кожевенной промышленности. Сегодня университетов, подобных нашему, всего два: кроме РГУ им. А. Н. Косыгина в Москве это близкий нам по профилю Университет промышленных технологий и дизайна в Санкт-Петербурге, где готовят специалистов для легкой промышленности, которая включает 17 подотраслей.

После объединения на министерском уровне текстильной и легкой промышленности, которые раньше курировались разными ведомствами, вуз стал развиваться семимильными шагами. С 2013 г. началось добровольное объединение Московского государственного текстильного университета им. А. Н. Косыгина, Московского университета дизайна и технологии, Государственной классической академии имени Маймонида и Государственной академии славянской культуры. К 2016 г. университет приобрел нынешнее название и вернул себе имя Косыгина. У нас работали Валентин Юдашкин* и Вячеслав Зайцев* (наш выпускник) — оба внесли значимый вклад в развитие отечественной школы моды и подготовку новых поколений дизайнеров.

Начали мы с того, что определили: нам необходимо готовить студентов для будущего. А будущее — за технологиями, дизайном и искусством. Все эти три направления взаимосвязаны, потому что в любом дизайне существует технология и в любом искусстве есть дизайн. В дальнейшем мы стали создавать свои программы таким образом, чтобы компании и предприятия, работающие на рынке, запрашивали у нас выпускников по всем компетенциями, связанным с этими сферами.

Время показало, что мы взяли правильный курс и на сегодняшний день, по сути, являемся первым федеральным университетом креативных индустрий.

— В Университете Косыгина 257 образовательных программ. В каком аспекте образовательной деятельности, на Ваш взгляд, вуз наиболее силен?

— У нас существует рейтинг образовательных программ. Главным показателем остаётся выбор абитуриентов. Если на программу поступают и обучение на ней успешно завершают, значит, она спроектирована качественно. На основе этих данных мы корректируем образовательный портфель. Сегодня на более востребованных направлениях конкурс превышает 14 человек на место. Очень востребованы конструкторы, технологи, специалисты для текстильной промышленности.

Кроме того, при открытии новых программ мы всегда ориентируемся на мнение наших партнеров и потенциальных работодателей, поэтому в РГУ им. А. Н. Косыгина один из самых высоких показателей трудоустройства в Москве.

«Наряду с массовыми программами с одной квалификацией в университете реализуется система майноров с несколькими образовательными траекториями, корпоративные программы под конкретного заказчика».

— Как Вы понимаете потребности рынка в специалистах, которых готовите, в перспективе 5−10 лет? Это вопрос не о прогнозе развития отраслей, а о том, какие компетенции в них будут цениться.

— Как я уже сказал, наша задача — готовить специалиста не на сегодняшний день, а для будущего. Без внедрения цифровизации в учебный процесс, без открытия востребованных на многих предприятиях направлений этого не добиться.

Речь здесь идет в большей степени о меняющемся качественном содержании компетенций. К примеру, сегодня нашему выпускнику важно знать иностранные языки. Особенно растет интерес к китайскому. Необходимо понимать информационные технологии, использовать искусственный интеллект. Особое значение приобретают компетенции, ориентированные на укрепление патриотизма, духовно-нравственных ценностей и традиций, понимание своей идентичности как гражданина России.

Новая архитектура образовательных программ начала складываться у нас с 2020-х гг. Ее реализация предусматривает формирование гибких образовательных траекторий со свободным доступом к учебным ресурсам. Наряду с массовыми программами с одной квалификацией в университете реализуется система майноров с несколькими образовательными траекториями, корпоративные программы под конкретного заказчика, а их у нас много — у вуза более 560 партнеров.

«Практикоориентированное образование в обязательном порядке подразумевает, что студенты за время обучения должны выпустить свой продукт».

— Поговорим об этом подробнее. Вы используете модель открытого образования: ИОТы, модульность, вариативность в выборе курсов и проектов, обучение в междисциплинарных смешанных группах. Как вуз пришел к этой модели?

— Впервые институцию открытого образования мы представили в 2014 г. на уровне правительства и города Москвы, потому как находимся в культурном кольце столицы. Концепция тогда подразумевала, что любой человек, приходящий в университет, мог получить здесь дополнительное образование, пройти курсы, побывать в мастерской или просто посмотреть музейные экспонаты в нашем Национальном центре дизайна костюма, своими глазами увидеть искусство, которое создается не только в самом вузе, но и нашими партнерами.

Со временем модель распространилась на образовательный процесс, построенный в логике майноров. Суть системы состоит в следующем. Первый и второй курс проходят унификацию в рамках укрупненной группы направлений подготовки, то есть мягкую профилизацию. Студент может ознакомиться с программой и понять — а туда ли он поступил, хочет ли он быть именно этим специалистом. Третий — четвертый курс — это уже профессиональные компетенции по образовательным программам и по дополнительным на выбор, майнорам.

Каждая образовательная программа включает свободный модуль для выбора с надпрофессиональными компетенциями. Студент, начиная с 3−4 курса, может сам выбрать, что ему нужно. Тем более если он уже работает по специальности или создает какой-то продукт в команде с другими обучающимися из совершенно разных направлений. Мы это, кстати, всячески приветствуем. Как говорят у нас в университете: «Сегодня студент, завтра — бренд».

Практикоориентированное образование в обязательном порядке подразумевает, что студенты за время обучения должны выпустить свой продукт. Дизайнеры костюма — коллекцию, промышленные дизайнеры — продукцию для предприятия, с которым мы сотрудничаем, и так далее. Когда я спрашиваю студентов, как они собираются выпускаться, с какими проектами, мне чаще всего отвечают: «Зарегистрируем свой бренд и с ним выйдем на защиту». К этому времени они, как правило, уже знают, где будут работать, и на защите дипломной работы представляют те проекты, по которым сотрудничают с предприятиями или компаниями из самых разных сфер: информационные технологии, банковские системы, легкая промышленность, дизайн, народно-художественные промыслы.

— Как Вы лично относитесь к внедрению искусственного интеллекта в образование, с учетом специфики Вашего университета?

— Для креативных индустрий это очень актуальный вопрос, потому что именно в этой сфере чаще всего звучит прогноз, что искусственный интеллект заменит всех творческих специалистов.

Я считаю, что ИИ — это инструмент, которым студента необходимо научить пользоваться, причем до определенной грани. В искусстве и особенно в дизайне это обязательный навык. Прежде всего, чтобы видеть и понимать, что создано человеком, а что сгенерировано нейросетью.

Мой хороший друг, ректор творческого вуза, однажды спросил: «Какие эмоции вы испытаете в зрительном зале от просмотра спектакля, который создан искусственным интеллектом?»

— Если ИИ помог художнику по костюмам с идеей или осветителю настроить свет на сцене, то я как зритель вряд ли это замечу. А вот если диалоги героев полностью написаны нейросетью и звучат искусственно, шаблонно, плоско, то, очевидно, это разочарует весь зал.

— Вот поэтому важно формировать у обучающихся культуру понимания того, для каких задач ИИ подходит как помощник и инструмент, а для каких необходимы собственные навыки и способности.

Когда мы создавали гимн к 105-летию университета, рассматривали более ста вариантов, подготовленных с использованием искусственного интеллекта. В цифровом формате многие из них звучали вполне убедительно. Но когда произведение исполнил наш оркестр, впечатление оказалось совершенно иным. Это уже совсем другое восприятие и другой эмоциональный отклик. Поэтому запрещать ИИ в образовании нельзя, но надо направлять его пользователей в том, как применять этот инструмент с пользой.

— Среди ваших образовательных программ есть довольно редкие. Например, «Арт-бизнес и экспертиза» (разработка бизнес-проектов, продюсирование, продажи и инвестиции в сфере современного искусства. — Прим. ред.), «Декоративно-прикладное искусство и народные промыслы». Есть ли своя специфика в наборе на эти направления?

— Специфика, конечно, есть. Особенно в направлении народных художественных промыслов, в ювелирном ремесле. По федеральному закону, народные художественные промыслы закреплены за местом традиционного бытования (к таковым относятся, например, гжель, хохломская роспись, палех, вологодское кружево. — Прим. ред.). К сожалению, сегодня недостаточно мастеров, которые могут создавать в этих уникальных ремеслах что-то новое: оригинальные формы, художественные образы.

У нас есть гимназия и колледж внутри университета для подготовки таких специалистов, но все же это среднее профессиональное образование. Если специалисту необходимо повысить квалификацию или освоить новые технологии, он приходит к нам на программы дополнительного профессионального образования. И далее студенты, которые напрямую работают с народными художественными промыслами и выбирают, к примеру, направление художественной обработки тканей, становятся востребованными специалистами для бизнеса, потому что осваивают технологию, широко воспроизводимую на самых разных видах производств.

— А что насчет возможности получить два диплома за три года: насколько это востребованный трек у ваших студентов?

— Когда мы начали развивать образовательные программы не только для бакалавриата и магистратуры, но и для ДПО, в том числе на иностранных языках, наиболее востребованной и актуальной оказалась система получения второго диплома. В прошлом году таких программ было три, сегодня их уже двенадцать. Они совершенно не связаны с тем основным направлением, где учится студент. Параллельно обучающийся может получить образование по управлению, экономике.

— Валерий Савельевич, в завершение нашего разговора такой вопрос: каким Вы видите собственное управленческое наследие? Что именно Вы хотели бы оставить в Университете Косыгина за время своего ректорства, помимо инфраструктуры и показателей?

— В первую очередь человеческий капитал. Главное наследие вуза — это новое поколение молодых профессионалов, патриотов Университета Косыгина, которые будут сохранять и продолжать его традиции и при этом стремиться к инновациям.

* Валентин Юдашкин, Вячеслав Зайцев — российские художники-модельеры, дизайнеры, кутюрье.

23 июня/ 2026

Беседовали: Александр Никифоров, Екатерина Позднякова
Текст подготовила: Екатерина Позднякова

Материал подготовлен редакцией издания «Ректор говорит!». При копировании ссылка на издание «Ректор говорит!» обязательна.

[ Рассылка ]

Каждую неделю — новый материал

Подписывайтесь на рассылку, чтобы первыми узнать о ключевых изменениях в академической среде, сенсационных научных открытиях, образовательных трансформациях и опыте ведущих вузов.